Другие притчи о чае

чайЧайная церемония

«Сегодня изучите обряд чайной церемонии», — сказал учитель и дал своим ученикам свиток c описанием тонкостей чайной церемонии. Ученики погрузились в чтение, а учитель ушел в парк и сидел там весь день, медитируя, молясь и размышляя.

Ученики успели обсудить и выучить все, что было записано на свитке. Наконец, учитель вернулся и спросил учеников о том, что они прочли.

— Вот что мы прочли о чае, напитке богов: «Белый журавль моет голову» — это значит, прополощи чайник кипятком, — сказал первый ученик.

— Бодхисаттва входит во дворец, — значит, положи чай в чайник, — добавил второй.
— Струя греет чайник, — это значит, кипящей водой залей чайник, — подхватил третий.

Так ученики один за другим рассказали учителю все подробности чайной церемонии. Только последний ученик ничего не сказал. Он взял чайник, заварил в нем чай по всем правилам чайной церемонии и напоил учителя чаем.

— Твой рассказ был лучшим, — похвалил учитель последнего ученика. — Ты порадовал меня вкусным чаем, и тем, что постиг важное правило: «Говори не о том, что прочел, а о том, что понял».

— Учитель, но этот ученик вообще ничего не говорил, — заметил кто-то.

— Дела всегда говорят громче, чем слова , — ответил учитель.


чашкаЧашки чая

Группа выпускников престижного вуза, успешных, сделавших замечательную карьеру, пришли в гости к своему

старому профессору. Во время визита разговор зашёл о работе: выпускники жаловались на многочисленные

трудности и жизненные проблемы.

Предложив своим гостям чай, профессор пошёл на кухню и вернулся с чайником и подносом, уставленным самыми разными чашками: фарфоровыми, стеклянными, пластиковыми, хрустальными. Одни были простые, другие дорогие.

Когда выпускники разобрали чашки, профессор сказал:

— Обратите внимание, что все красивые чашки разобрали, тогда как простые и дешёвые остались. И хотя это нормально для вас — хотеть только лучшее для себя, но это и есть источник ваших проблем и стрессов. Поймите, что чашка сама по себе не делает чай лучше. Чаще всего она просто дороже, но иногда даже скрывает то, что мы пьем. В действительности, всё, что вы хотели, был просто чай, а не чашка. Но вы сознательно выбрали лучшие чашки, а затем разглядывали, кому какая чашка досталась.

А теперь подумайте: жизнь — это чай, а работа, деньги, положение, общество — это чашки. Это всего лишь инструменты для поддержания и содержания Жизни. То, какую чашку мы имеем, не определяет и не меняет качества нашей Жизни. Иногда, концентрируясь только на чашке, мы забываем насладиться вкусом самого чая.

Наиболее счастливые люди — это не те, которые имеют всё лучшее, но те, которые извлекают всё лучшее из того, что имеют.


чашкаПолная чашка

Нан-ин, японский учитель дзэн, живший в эру Мейдзи (1868-1912 гг.), принимал у себя университетского профессора, пришедшего узнать, что такое дзэн. Нан-ин пригласил его к чаю. Он налил гостю чашку доверху и продолжал лить дальше.

Профессор следил за тем, как переполняется чашка, и, наконец, не выдержал: «Она же переполнена. Больше уже не войдет!»

«Так же, как эта чашка,»- сказал Нан-ин, — «Вы полны Ваших собственных мнений и размышлений. Как же я смогу показать Вам дзэн, если Вы сначала не опустошили Вашу чашу?»


самурайМастер чайной церемонии и ронин (самурай без хозяина)

В конце XVII века правитель Яманоути провинции Тоса решил взять своего чайного мастера в официальную поездку в Эдо, столицу правящей династии сёгунов Токугава. Чайному мастеру эта поездка вовсе не улыбалась, ибо самураем он не был, а Эдо вовсе не такое спокойное место, как Тоса, где у него много друзей. В Эдо можно было попасть в такую переделку, где досталось бы не только его господину, но и ему самому. Путешествие было весьма рискованным и он не желал в него пускаться.

Однако господин его не желал слышать возражений. Вероятно потому, что чайный мастер высокой квалификации принёс бы господину добрую славу. Чайная церемония очень ценилась в высших кругах. Чайный мастер был вынужден подчиниться приказу, но решил сменить свою одежду чайного мастера, который ходил без оружия, на одеяние самурая с двумя мечами.

По приезде в Эдо чайный мастер не выходил из дома господина и, наконец, тот разрешил ему выйти погулять. Одетый, как самурай, он посетил Уэно у пруда Синобадзу, где заметил, что на него сердито смотрит какой-то самурай, отдыхающий на камне. Самурай обратился к чайному мастеру и сказал: «Вижу, вы самурай из Тоса, окажите мне честь испробовать моё искусство в поединке с вами». С самого начала путешествия чайный мастер предчувствовал какую-то неприятность. Теперь он стоял лицом к лицу с ронином (самурай без хозяина), странствующим самураем, наёмником худшего толка, и не знал, что ему делать.

«Я вовсе не самурай, хотя и одет так, я чайный мастер и вовсе не готов быть вам противником» — честно признался он. Но, поскольку истинным желанием ронина было обобрать свою жертву, в чьей слабости он уже совершенно уверился, то он продолжал настаивать на поединке.

Чайный мастер понял, что поединка ему не избежать и настроил себя на неизбежную смерть. Но он не хотел умирать с позором, потому что позор лёг бы на его господина, правителя Тоса. И тут он вспомнил, что несколько минут назад он проходил мимо школы фехтования, расположенной рядом с парком Уэно. Он решил зайти туда на минутку и спросить у учителя, как же правильно пользоваться мечом, как употреблять его в таких случаях и как ему с честью встретить неизбежную смерть. Он сказал ронину: «Если ты так настаиваешь на поединке, тогда подожди меня немного, я должен сначала кое-что сообщить своему господину, у которого служу».

дзэнРонин согласился и чайный мастер поспешил в школу фехтования. Привратник не хотел его впускать, потому что у чайного мастера не было никаких рекомендательных писем к учителю фехтования. Но всё-таки, увидев ту серьёзность, с которой вёл себя чайный мастер, он решил его пропустить.

Учитель фехтования спокойно выслушал чайного мастера, который рассказал ему всю историю и выразил непреклонное желание умереть, как подобает самураю. Учитель сказал: «Ты прямо уникум. Все приходят ко мне узнать, как пользоваться мечом, чтобы жить, а ты пришёл узнать, как умереть. Но прежде чем я научу тебя искусству умирать, будь добр, научи меня готовить чай и угости чашечкой чая. Ведь ты же чайный мастер».

Чайный мастер был очень рад. В последний раз он мог исполнить чайную церемонию — дело своей жизни, столь дорогое его сердцу. Забыв обо всём, он со всей искренностью, с полной самоотдачей принялся готовить чай. Он выполнял всё, что необходимо, как будто сейчас это было для него самое главное в жизни. И учитель фехтования испытал глубокое чувство, увидев с какой сосредоточенностью, с каким воодушевлением совершается чайная церемония. Проникшись глубоким уважением к этому человеку. он упал на колени перед чайным мастером, глубоко вздохнул и сказал: «Тебе не нужно учиться умирать! То состояние ума, в котором ты находишься, позволяет тебе сразиться с любым фехтовальщиком. Когда будешь подходить к ронину, сначала подумай, что ты готовишь гостю чай. Благородно приветствуй его, извинись за задержку, и скажи, что теперь готов к поединку. Сними своё хаори (верхнюю одежду), аккуратно сложи и положи сверху свой веер, как ты обычно делаешь это за работой. Затем повяжи голову тэгунун (вид полотенца), верёвкой подвяжи рукава, подбери хакама (юбка-штаны). Теперь ты вполне можешь начинать. Вынь свой меч, высоко подними его над головой, будь готов сразить им противника и, прикрыв глаза, соберись мысленно для битвы. Когда услышишь крик, ударь его мечом. Это и будет конец, взаимное убийство». Чайный мастер поблагодарил фехтовальщика за наставления и пошёл назад — туда, где обещал встретиться с ронином.

Он тщательно последовал советам, данным фехтовальщиком, выполняя их в том состоянии ума, которое было у него во время чайной церемонии для своих друзей. Когда он твёрдо встал перед ронином и поднял меч, тот внезапно увидел перед собой совершенно другого человека.

И он никак не мог издать крик перед нападением, потому что совершенно не знал, как ему нападать. Перед ним было совершенное воплощение бесстрашия. И вместо того, чтобы броситься на чайного мастера, ронин стал шаг за шагом отступать и наконец закричал: «Сдаюсь! Сдаюсь!» Бросив свой меч, он простёрся перед чайным мастером, прося прощения за грубость, и быстро покинул поле сражения.


Tea masterНастоящий мастер

Однажды чайный мастер шел по улице с большим подносом, уставленным чашками и баночками с чаем. Вдруг из небольшого магазинчика на улицу вывалился разъяренный самурай. Чайный мастер старался уступить дорогу, но самурай, не замечавший ничего вокруг себя, все-таки налетел на него. Поднос упал, чашки разбились, а порошок чайного листа просыпался на рукав самурая.
— Смотри, куда прешь! — зарычал самурай.
— Мне очень жаль, господин, — вежливо произнес чайный мастер, пытаясь счистить зеленый порошок с рукава самурая.
— Убери руки! — проревел самурай.
Чайный мастер отдернул руки, но нечаянно задел рукоятку меча, висевшего у самурая на поясе.
— Ты коснулся моего меча! — взревел самурай.
Его глаза сверкали гневом.
— Прошу прощения, господин. — Чайный мастер поклонился.
-Ты трогал мой меч! Хочешь меня оскорбить — лучше ударь по лицу. Это будет меньшим оскорблением, чем трогать мой меч.
— Но послушайте, господин, — пробовал успокоить его чайный мастер. — Я не нарочно дотронулся до вашего меча. Это получилось случайно. Простите меня, пожалуйста.
— Поздно просить прощения. — Самурай был настроен очень решительно. — Я — Гэндзи. Вызываю тебя на поединок. Завтра вечером приходи к моему дому. Меч взять не забудь.

Самурай гордо удалился. Чайный мастер дрожащими руками собрал то, что осталось от чашек. У него не было меча, и он совершенно не умел обращаться с оружием.

Чайный мастер вернулся домой, взял новые чашки и чай и поспешил на урок, к дому своего ученика по чайной церемонии. Он опоздал, и ученик — богатый и влиятельный человек — спросил, где мастер задержался. Чайный мастер рассказал о столкновении с самураем.
— Говоришь, его имя Гэндзи?
— Да, — ответил чайный мастер.
— И ты будешь драться с ним?
— Придется.
— Значит, можно считать тебя покойником, — уверенно объявил богач. — Гэндзи — сильный боец и не прощает оскорблений. Если ты вступишь в поединок, он тебя убьет.
— Тогда перейдем к уроку, — предложил чайный мастер. — Похоже, это последний урок, который я могу вам дать.

Tea master 2Вечером чайный мастер зашел в гости к своему другу — кузнецу, мастеру по изготовлению мечей. Как обычно они сидели рядом и пили сакэ.
— Что с тобой такое, приятель? — спросил кузнец.
— Я хочу попросить тебя продать мне меч, — ответил чайный мастер.
Кузнец улыбнулся.
— Слушай, друг, ты же сам знаешь, что я делаю каждый меч несколько лет — специально для заказчика. А с каких пор тебе понадобился меч?
— С сегодняшнего дня, — ответил чайный мастер.
Он рассказал другу историю с самураем. Кузнец слушал, затаив дыхание.

— Вот видишь, меч мне очень нужен. Может, одолжишь мне один — любой. Я договорюсь с ассистентами Гэндзи, чтобы тебе его вернули, когда все закончится.
Кузнец долго молчал. В голосе друга он услышал твердое решение умереть.

— Если уж умирать, — сказал наконец кузнец, — то зачем же тебе умирать как новичку, впервые взявшему в руки меч? Лучше умереть тем, кто ты есть, — мастером чайной церемонии, одним из лучших мастеров нашего времени.

Чайный мастер задумался над словами друга, потом встал, похлопал друга по плечу и, не сказав ни слова, вышел на ночную улицу. Приняв окончательное решение, он направился к дому Гэндзи. У ворот стоял один из ассистентов самурая.
— Передайте, пожалуйста, господину Гэндзи мое приглашение, — сказал чайный мастер. — Я помню, что завтра вечером у нас поединок, встреча здесь, у ворот его дома. Но я хочу пригласить его завтра днем к себе в чайный домик. Я хочу сделать ему подарок.

teaНа следующее утро чайный мастер встал пораньше, чтобы приготовиться к приходу самурая. Он подмел дорожку и подстриг куст около чайного домика. Приготовил стол и приборы, расставил цветы в простых, но элегантных букетах. Потом тщательно почистил свое лучшее кимоно и надел его. Теперь все было готово, и чайный мастер пошел к воротам встречать самурая. Вскоре появился самурай с двумя слугами. Чайный мастер поклонился.
— Очень рад, что вы пришли, — сказал он.
— Мне сказали что-то про подарок. — На лице самурая появилась ехидная усмешка. — Хочешь предложить выкуп, чтобы я отказался от поединка?
— Что вы, господин, конечно, нет, — ответил чайный мастер. — Я не посмел бы так оскорбить вас.

Он пригласил самурая зайти в чайный домик, показав слугам скамейку в саду и попросив их подождать.
— Ну, если не выкуп, значит, будешь просить сохранить тебе жизнь?
— Нет, — ответил чайный мастер. — Я понимаю, что вы должны получить удовлетворение. Но я прошу вас разрешить мне в последний раз показать свою работу.
Они зашли в домик, и чайный мастер пригласил самурая сесть.
— Я — мастер чайной церемонии, — объяснил он. — Чайная церемония — это не только моя работа и мое искусство, это мое воплощение. Я прошу позволить мне поработать последний раз — для Вас.
Самурай не совсем понял, но опустился на колени и кивком показал чайному мастеру, что можно начинать.
Простое убранство маленького чайного домика создавало атмосферу уюта и спокойствия. Снаружи доносился шелест листвы и журчание ручья. Чайный мастер открыл коробочку с чаем, и запах зеленого чая смешался с ароматом стоящих на полке цветов.

Медленно, спокойно, точными движениями чайный мастер насыпал немного чайного порошка в чашку. Затем зачерпнул специальной ложкой горячей воды из котла и налил в чашку. Самурай смотрел на церемонию, зачарованный красивыми и уверенными движениями мастера. Бамбуковым венчиком чайный мастер взбил чайный порошок с водой до пены, подал чашку самураю и поклонился ему, сохраняя полное спокойствие и сосредоточенность.

Самурай выпил чай. Возвращая чайному мастеру чашку, он заметил, что тот все так же спокоен и при этом сосредоточен и внимателен.

— Благодарю Вас, — сказал чайный мастер, когда самурай поднялся, собираясь уходить. — Теперь я готов идти с Вами к Вашему дому, чтобы начать поединок…

— Поединка не будет, — заявил самурай. — Я никогда не видел такого спокойствия и уверенности перед схваткой — ни у кого из своих противников. Даже я сегодня нервничал, хотя был уверен в своей победе. Но Вы… Вы не только сохранили полное спокойствие, но смогли передать спокойствие мне.
Чайный мастер посмотрел в глаза самурая, улыбнулся и низко поклонился. Самурай ответил еще более низким поклоном.

— Мастер, — сказал самурай. — Я знаю, что недостоин, но прошу вас быть моим учителем. Я хочу научиться искусству чайной церемонии, чтобы обрести уверенность и спокойствие, которых мне так не хватает.

— Я научу Вас. Можем начать сегодня вечером, ведь мы уже назначили встречу.


чашка 1История чайной чашки

Жил на свете один юноша, жизни знал мало, но спрашивал много. И нравились ему всякие старинные безделушки, так что странствовал он по свету и радовался каждой вещице, что находил в пыльных лавках старьевщиков. Особенно его занимали чайные чашки, ибо они, как ему казалось, могут рассказать много чего интересного.

Вот однажды в далекой незнакомой стране набрел он на антикварный магазинчик, почти музей, где и нашел героиню нашего рассказа, старую чайную чашку. Улыбнувшись хозяину, юноша взял в руки находку и стал рассматривать ее. Вдруг чашка заговорила с ним:

«Мой дорогой странник, ты смотришь на меня с восхищением, но я не всегда была такой. Когда-то бессмысленность была единственным моим развлечением. Я была просто куском красной глины. Услышь же мою историю, юный путник.

Тысячи и миллионы лет лежала я в земле. Передо мной проносились столетия, люди воевали и заключали мир, зарождались и гибли цивилизации, а я все ждала и ждала, сама не зная, чего…

И пришел мой Мастер. Он поднял меня, отнес домой, бросил на деревянный стол и стал мять и катать. Снова и снова он вонзал свои пальцы в меня, пока я не закричала: «Довольно! Оставь меня в покое!» Было очень больно, но он лишь улыбнулся и, покачав головой, промолвил: «Еще не время».

Он кинул меня на стремительный круг, и мир завертелся перед глазами — быстро, быстро, быстро — пока не слился в один сплошной туман. «Что ты делаешь!» — прошептала я — «Мне плохо, останови этот кошмар». Но Мастер лишь понимающе вздохнул и тихо сказал: «Еще не время», продолжая вертеть круг и придавать мне форму.

чашка 2Затем он бережно поставил меня в печь. Я не знала, что на свете существует такая жара. Я кричала и пыталась открыть печную дверцу. «Здесь жарче, чем в аду» — восклицала я — «Я сгорю дотла! Выпусти меня, пока еще не поздно!» Но через смотровое стекло я читала по губам Мастера: «Еще не время».

И вот, когда мне показалось, что наступает последняя минута, дверца открылась. Мастер осторожно вынес меня из печи и поставил на полку, где я вздохнула свободно. Как хорошо, когда тебя, наконец, оставили в покое.
Но это был не конец. Как только я опомнилась, Мастер снял меня с полки, посмотрел внимательно и стряхнул пыль. Он собирался… раскрашивать меня! И не только. Там была эта ужасная штука — лак. Его едкие испарения окутали меня, и я уже было стала терять сознание. «Пожалуйста, смилуйся надо мной! Неужели тебе меня не жалко? Пожалуйста, оставь меня в покое, пожалуйста, не надо!»

Но Мастер лишь покачал головой и сказал свое обычное: «Еще не время».

После раскраски он вдруг засунул меня обратно в печь. На этот раз там было еще жарче. Я поняла — это смерть. Умоляла его, просила, угрожала, кричала. Под конец я заплакала, но слез не было, даже огненных. Я поняла, что живу последний миг своей жизни, сил больше не было никаких.

Как вдруг, в самую последнюю секунду, уже падая в черную бездну небытия, я почувствовала, как руки Мастера берут меня и вытаскивают из печи. Он снова поместил меня на полку, где я остыла и стала ждать, ждать и ждать…

чашка 3Ты хочешь узнать, что было потом? Через час или около того Мастер вернулся. Он подошел ко мне и поставил передо мной зеркало. «Взгляни на себя», сказал он, что я и сделала.

То, что я увидела в зеркале, было таким чудесным, что я воскликнула: «Это не я!» Это не могло быть мною… Это было таким красивым, слишком красивым.

Тогда я услышала полные сострадания слова Мастера: «Это то, чем ты должна была стать. Я видел, как тебе было больно, когда раскатывал тебя. Но мне нужно было выгнать из тебя воздух, иначе ты быстро раскололась бы».

«Я знал, что ты потеряла все ориентиры, когда вертелась на моем круге. Но без этого ты никогда не обрела бы такой облик. Я знал, что ядовитые испарения лака были невыносимы для тебя, но без этого твоя жизнь осталась бы такой же серой, как была до этого, а сама ты осталась бы такой же слабой. И вторая печь — о да, я знал, что это будет самым тяжким испытанием. Но без этого тягости жизни легко сломали бы тебя.

Поверь мне, все это я делал, — для твоего блага. Теперь ты превратилась в чудесную чашку, как я и представлял себе, когда брал тебя из земли. Теперь твоя жизнь обрела смысл».

Чашка закончила свой рассказ, с ее блестящего ободка скатилась слеза благодарности.

Юноша заплатил хозяину и взял чашку с собой. С тех пор он использовал ее только в служении Богу — рассказ чашки стал путеводной звездой в его жизни.

Когда судьба отворачивалась от него и хотелось крикнуть: «Довольно! Хватит!», он вспоминал слова Мастера: «Еще не время!»

Со временем он понял, что перипетии судьбы вели лишь к одному — чтобы он стал дорогим слугой Господа, как того и хотел Господь. И он доверял Ему. Господь знает, что делает, когда посылает нам испытания. Он — гончар, а мы — глина. Он будет мять нас и подготавливать. Он будет прессовать нас именно теми способами, какие подходят для нас, чтобы мы превратились в прекрасные чашки, из которых Он будет пить нектар нашей любви.